Николай Петрович Дудочка считал себя философом, и это обстоятельство было одной из причин его воскресных прогулок по кладбищу. Он знал троих философов, выработавших себе некоторые особенности: Бенедикт Спиноза любил наблюдать жизнь и нравы пауков и весело смеялся, когда они пожирали друг друга; аккуратность Иммануила Канта служила лучшим средством для проверки часов кенигсбергских обывателей; а товарищ Николая Петровича — Акакий Двоеточие, землемер по профессии, но по призванию тоже философ, всякий раз, когда говорил о чём-нибудь мудром и высоком, задумчиво дёргал себя за левое ухо и во время пауз глубокомысленно высовывал кончик языка, чем как бы дразнил и слушателя, и те вопросы, о которых говорил.
     Николай Петрович тоже приобрёл себе особенность — прогулки по кладбищу в воскресенья от двенадцати часов утра до трёх дня.
     Случилось это так: однажды он, не зная на что бы убить свободное время, пошёл гулять по городу и незаметно для себя, увлечённый своими думами, очутился на ниве мёртвых.
     Это было весной. Кустарники и деревья, густо покрывавшие старое, тесно засеянное могилами кладбище, только что оделись в пышные свежие одежды; их гибкие ветви ласково осеняли камни памятников и поросшие шёлковой зеленью холмы; солнце сияло так молодо и ясно... а когда над могилами проносился лёгкий и душистый весенний ветер, трава и листья меланхолично вздыхали, точно сожалея о тех, что лежат в земле и никогда уж больше, никогда не увидят весны и не послушают её музыки. Тяжёлые памятники, теряясь в зелени, смотрели из неё так хмуро и сосредоточенно и, казалось, были недовольны тем, что эта весёлая весна не оставляет в покое и кладбище, отнимая у них ту солидную важность и тоскливую красоту, которая так полна осенью гармонии с голыми сучьями дерев, жёлтым листом, опавшим на землю, и с серым, печальным небом. Теперь все они лишились цельности, и это весеннее, яркое небо, и весёлая зелень, и рой бабочек, порхающих повсюду, всё, что принесла с собой весна, — отталкивает их на задний план, тушует собой и как-то обворовывает их.
     Николай Петрович ходил по кладбищу и думал о равнодушии природы, о жалкой участи людей, о вечном покое смерти и обо всём, что вызывает в уме вид массы могил, облитых живыми лучами весеннего солнца. Ему понравилось это печальное место; оно так сильно волновало мысли и заставляло так грустно и глубоко задумываться; понравился ему и самый характер дум, и, наконец, он сам себе понравился, как человек, умеющий подумать о жизни и притом думающий совершенно в духе времени.
     Он не любил читать, но пессимизм, тот, что встречается в обыденной жизни, по большей части надутый или рисующийся, редко умный и искренний и никогда философский, — был знаком ему и нравился своим фрондёрством.

Страницы: (8) : 12345678

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Я. 15/3.V
   44. Чаадаеву М. Я. 25.V
   45. Тургеневу Н. И. 6.VI
   46. Тургеневу Н. И. 15.VI
   47. Тургеневу Н. И. 17. VI
   48. Чаадаеву М. Я. 1.VIII
   

    1827
   
   49. Жихареву С. П. III
   50. Жихареву С. П.
   

    1829
   
   51. Пушкину А. С. III-IV
   

    1831
   
   52. Пушкину А. С. 17.VI
   53. Пушкину А. С. 17.VII
   54. Пушкину А. С. 18.IX
   55. Чаадаеву М. Я. X
   

    1832
   
   56. Гульянову И. А.
   57. Гульянову И. А. III-VI
   58. Киреевскому И. В.
   59. Шеллингу Ф. В. Й.
   

    1833
   
   60. Тургеневу А. И. 20.IV
   61. Бенкендорфу А. X. 1.VI
   62. Николаю I 15.VII
   63. Бенкендорфу А. X. 15.VII
   64. Бенкендорфу А. X. 16.VIII
   65. Бенкендорфу А. X. IX
   66. Вяземскому П. А. 30.X
   67. Чаадаеву М. Я. 30.XI
   68. Чаадаеву М. Я. 2.XII
   

    1834
   
   69. Вяземскому П. А. 9.III
   

    1835
   
   70. Тургеневу А. И. 1.V
   71. Тургеневу А. И.
   72. Тургеневу А. И. X-XI
   73. Луи Филиппу
   

    1836
   
   74...

Чаадаев Петр Яковлевич   
«Избранные письма»

Биография

Произведения

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Ваши заявки