I

     Когда Евсею Климкову было четыре года - отца его застрелил полесовщик, а когда ему минуло семь лет - умерла мать. Она умерла вдруг, в поле, во время жатвы, и это было так странно, что Евсей даже не испугался, когда увидал её мёртвой.
     Дядя Пётр, кузнец, положив руку на голову мальчика, сказал:
     - Чего будем делать?
     Евсей покосился в угол, где на лавке лежала мать, и тихонько ответил:
     - Я не знаю...
     Кузнец вытер рукавом рубахи пот с лица, долго молчал, а потом тихонько оттолкнул Племянника.
     - Эх ты, старичок...
     С того дня мальчика стали звать Старичком. Это шло к нему: ростом он был не по годам мал, двигался вяло, говорил тонким голосом. На его костлявом лице уныло торчал птичий нос, пугливо мигали круглые, бесцветные глаза, редкие жёлтые волосы росли вихрами. Ребятишки в школе смеялись над ним и колотили его - совиное лицо его почему-то раздражало здоровых и бойких детей. Он сторонился от них и жил одиноко, всегда где-то в тени, в уголках и ямках. Круглыми глазами, не мигая, он смотрел оттуда на людей, незаметный, опасливо съёжившийся. Когда же глаза уставали, он закрывал их и долго сидел слепой, тихонько раскачивая хилое, лёгкое тело. Он старался также незаметно держаться и в семье дяди, но здесь это было трудно, - приходилось обедать и ужинать вместе со всеми, а когда он сидел за столом, младший сын дяди, Яков, толстый и румяный, всячески старался задеть или рассмешить его, делал гримасы, показывал язык, толкал под столом ногами и щипал. Рассмешить не удавалось, но часто Евсей вздрагивал от боли, его жёлтое лицо серело, глаза широко раскрывались, ложка в руке дрожала.
     - Ты чего, Старичок? - спрашивал дядя Петр.
     - Это меня Яшка, - без жалобы, ровным голосом объяснял мальчик.
     Если дядя Пётр давал Яшке подзатыльника или дёргал его за волосы, - тётка Агафья, оттопырив губы, сердито гудела:
     - У-у, ябедник...
     А потом Яшка находил его где-нибудь и долго, усердно бил. Евсей относился к побоям как к неизбежному, жаловаться на Яшку было невыгодно, потому что, если дядя Пётр бил сына, тётка Агафья с лихвой возмещала эти побои на племяннике, а она дралась больнее Яшки. Поэтому, когда Евсей видел, что Яшка идёт драться, Старик бросался на землю, крепко, как мог, сжимал своё тело в ком, подгибая колени к животу, закрывал лицо и голову руками и молча отдавал бока и спину под кулаки брата.

Страницы: (157) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... — Прошу вас, не говорите так! И не о чем не вспоминайте. Право, я дрожу от страха за вас. Ради Бога, поверьте, я никогда не осмелюсь осуждать никакие ваши поступки, ибо знаю: не будь вы взломщиком, меня давно бы не было в живых. Вы спасли меня, и я вашей доброты не забуду никогда. И в самом деле, он был обязан своему хозяину жизнью. Однажды ночью Морлек проник в магазин, где Бинджер служил тогда ночным сторожем, чтобы пробраться оттуда в расположенный рядом банк. И случайно наткнулся на Бинджера, свалившегося через люк с верхнего этажа. Тот тяжело ушибся и беспомощно лежал на полу: обе ноги его были переломаны. Морлек перевязал его. Кроме того, позабыв о своих планах, немедленно отправил в больницу. И хотя пострадавший догадывался, что его спаситель — Черный Человек, гроза всех банков, на совести которого множество отчаянных взломов, происшествие памятной ночи сблизило их. Джемс Морлек разбирался в людях и понял сразу: в лице Бинджера он обрел надежного и верного друга. Хозяин потянулся за золотым портсигаром и закурил. — Возможно, Бинджер, в течение ближайших дней мне суждено стать достойным членом общества, — он затянулся. — Дай то, Боже! Я ежедневно молю о вашей удаче Всевышнего, — серьезно заметил дворецкий. — Ваше ремесло оставляет желать лучшего, вы то и дело пропадаете ночи напролет — это вредно для здоровья. И как старый солдат я вам скажу: жить нужно честно. — Я в этом не сомневаюсь. А теперь послушайте, что скажу вам я. Прикажите шоферу ждать меня с машиной на углу Альбмерл стрит. Я буду там к двум часам ночи. Пусть поднимет верх автомобиля — вдруг пойдет дождь. Держитесь неподалеку, но слишком близко к машине не подходите. Прикрепите номер, зарегистрированный в Оксфорде, а суссекский спрячьте под сиденье. Кроме того, прихватите термос с кофе и несколько сандвичей. Вот и все! Бинджер чуть слышно прошептал: — Желаю удачи, сударь, — и удалился. — Надеюсь, что так и будет. Морлек облачился в черную накидку и, рассовывая инструменты по карманам, вышел.

    Ночной сторож Депозитного банка на Бурлингтон Стрит, устав от обхода, иногда усаживался отдохнуть на табурет. Табурет этот обладал редким достоинством — он имел лишь одну ножку...

Уоллес Эдгар (Wallace Edgar)   
«Джентльмен в черной маске»

Биография

Произведения

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Ваши заявки