Эти тихие звуки так ему понравились, что он подумал: "Наверное кто-то из королевских музыкантов проходит около дома". А это просто маленькая коноплянка пела свою весеннюю песенку...
Я секретарша одного из самых крупных психоаналитиков в стране". - Чем могу быть полезна? - спросила она подчеркнуто безразличным тоном...
И Миллисент думала невольно, что в школах и в университетах что-то не так, а может быть, что-то не так в нашей жизни...
Смотрите также:
Д. В. Философов. Горький о религии
Горький Максим. Предисловие к Ренэ Шатобриана и Адольфу Б. Констана
И. Ф. Анненский. Драма «Hа дне»
С. Венгеров. М. Горький. Биография
Л. Андреев. О «Двух душах» М. Горького
Человек и идея в романе А. М. Горького «Мать»
С. А. Адрианов. «На дне» Максима Горького. Критический набросок
Андрей Кунарев. Пути к истине. Христианские мотивы в повести М. Горького «Мать»
Мое отношение к творчеству А. М. Горького
Вы читаете «Вместо послесловия», страница 1 (прочитано 0%)
«В. Г. Короленко», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Мещане», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Вечер у Сухомяткина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Гривенник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Женщина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Зрители», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Легкий человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Макар Чудра», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Песня о соколе», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Покойник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Старуха Изергиль», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Страсти-мордасти», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Тимка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Челкаш», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дело Артамоновых», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Мать», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Фома Гордеев», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«А.А.Блок», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«А.Н.Алескин», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Н.Ф.Анненский», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Антифашистскому конгрессу в Чикаго», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«А.Н.Шмит», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«А.П.Чехов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Бабушка Акулина (Набросок)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Барышня и дурак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Биограф [ия]», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Н.А.Бугров», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В.И.Ленин (Первая редакция)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Васса Железнова. (Мать)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Вacca Железнова. Второй вариант», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Васька Красный», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Весельчак», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Весенние мелодии. Фантазия», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ветеринар», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В лесу», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Странные бывают совпадения мнений: в 901-м году, в Арзамасе,
протоиерей Феодор Владимирский рассуждал:
«Каждый народ обладает духовным зрением — зрением целей. Некоторые
мыслители именуют свойство это «инстинктом нации», но, на мой взгляд,
инстинкт ставит вопрос: «как жить?», — а я говорю о смутной тревоге разума
и духа, о вопросе: «для чего жить?» И вот: хотя у нас, русских, зрение
целей практических не развито — потому что мы еще не достигли той высоты
культуры, с которой видно, куда история человечества повелевает нам идти, —
однако ж я думаю, что именно нам суждено особенно мучиться над вопросом:
«для чего жить?» Пока что — мы живем слепо, на ощупь и крикливо, а все-таки
мы уже люди с хвостиками, люди с плюсом».
Через пять лет, в Бостоне, Вильям Джемс, философ-прагматист, говорил:
«Текущие события в России очень подняли интерес к ней, но сделали ее
еще менее понятной для меня. Когда я читаю русских авторов, предо мною
встают люди раздражающе интересные, однако я не решусь сказать, что понимаю
их. В Европе, в Америке я вижу людей, которые кое-что сделали и, опираясь
на то, что они уже имеют, стремятся увеличить количество материально и
духовно полезного. Люди вашей страны, наоборот, кажутся мне существами, для
которых действительность необязательна, незаконна, даже враждебна. Я вижу,
что русский разум напряженно анализирует, ищет, бунтует. Но — я не вижу
цели анализа, не вижу — чего именно ищут под феноменами действительности?
Можно думать, что русский человек считает себя призванным находить,
открывать и фиксировать неприятное, отрицательное. Меня особенно удивили
две книги: «Воскресение» Толстого и «Карамазовы» Достоевского, — мне
кажется, что в них изображены люди с другой планеты, где всё иначе и лучше.
Они попали на землю случайно и раздражены этим, даже — оскорблены. В них
есть что-то детское, наивное и чувствуется упрямство честного алхимика,
который верит, что он способен открыть «причину всех причин». Очень
интересный народ, но, кажется, вы работаете впустую, как машина на
«холостом ходу». А может быть, вы призваны удивить мир чем-то неожиданным».
Среди таких людей я прожил полстолетия.
Надеюсь, что эта книга достаточно определенно говорит о гом, что я не
стеснялся писать правду, когда хотел этого. Но, на мой взгляд, правда не
вся и не так нужна людям, как об этом думают. Когда я чувствовал, что та
или иная правда только жестоко бьет по душе, а ничему не учит, только
унижает человека, а не объясняет мне его, я, разумеется, считал лучшим не
писать об этой правде.
Ведь есть немало правд, которые надо забыть. Эти правды рождены ложью
и обладают всеми свойствами той ядовитейшей лжи, которая, исказив наше
отношение друг к другу, сделала жизнь грязным, бессмысленным адом. Какой
смысл напоминать о том, что должно исчезнуть? Тот, кто просто только
фиксирует и регистрирует зло жизни, — занимается плохим ремеслом.
Мне хотелось назвать этот сборник: «Книга о русских людях, какими они
были».
Но я нашел, что это звучало бы слишком громко. И я не вполне
определенно чувствую: хочется ли мне, чтоб эти люди стали иными? Совершенно
чуждый национализма, патриотизма и прочих болезней духовного зрения,
все-таки я вижу русский народ исключительно, фантастически талантливым,
своеобразным. Даже дураки в России глупы оригинально, на свой лад, а лентяи
— положительно гениальны. Я уверен, что по затейливости, по неожиданности
изворотов, так сказать — по фигурности мысли и чувсгва, русский народ —
самый благодарный материал для художника.
Я думаю, что когда этот удивительный народ отмучается от всего, что
изнутри тяготит и путает его, когда он начнет работать с полным сознанием
культурного и, так сказать, религиозного, весь мир связующего значения
труда — он будет жить сказочно героической жизнью и многому научит этот, и
уставший, и обезумевший от преступлений, мир.
Страницы: (1) : 1
Тем временем:
... Когда я окончательно пришел к такому решению, тоска по
родному краю внезапно усилилась до такой степени, что я не мог дождаться
отъезда. И я отложил полную ликвидацию моего предприятия до поры до времени
и сломя голову поехал с порядочным запасом денег в бумажнике пожить в
Германии временно, хоть с полгода.
А пробыл я там всего три недели... И если бы я замешкался еще на день,
то прокурор засадил бы меня там лет на пять. Это и был тот скандал, о
котором я упоминал выше. О нем в свое время писалось во всех берлинских
листках, и моя высоконравственная родня видела свое почтенное имя
напечатанным самым жирным шрифтом на их страницах. Я никогда не забуду
своего последнего собеседования по этому поводу с моим братом. (Бедняга
служит по духовному ведомству. Он - старший советник консистории!). Если бы
вы могли видеть его физиономию, когда я с самым безобидным видом уверял его,
что девочкам было по меньшей мере 11 или даже 12 лет... И чем более старался
я оправдаться перед ним, тем более впутывался. Когда же я сказал ему, что
это, в сущности, вовсе уж не так худо и что у нас в стране предпочитают даже
восьмилетних, он схватил себя за голову и вскрикнул: "Молчи, несчастный
брат, молчи! Мой взор видит тебя гибнущим в бездне нечестивого тления!" Три
года после того он негодовал на меня, и я добился примирения с ним только
тем, что завещал каждому из его одиннадцати детей по 50 000 марок, а кроме
того, стал посылать каждый месяц довольно солидную сумму для его сыновей. За
это он теперь поминает меня каждое воскресенье в своей молитве. Каждый раз,
когда я ему пишу, я не упускаю случая сообщить ему, что еще одна особа в
здешнем селении достигла подходящего возраста - и поэтому была взыскана моим
благоволением. Пусть его молится за старого грешника. Авось я исправлюсь...
Однажды он писал мне, что он все время борется с своей совестью: может ли он
принимать деньги от такого неисправимого человека, как я? Очень часто он уже
был близок к тому, чтобы отказаться от них, и только снисхождение и
сострадание к единственному брату все-таки побуждали его принимать от меня
дары...
ресурс Максим Горький