РОМЕНУ РОЛЛАНУ
                                                             ЧЕЛОВЕКУ, ПОЭТУ

                                     I

     Года через два после воли, за обедней в день преображения господня, прихожане церкви Николы на Тычке заметили чужого, - ходил он в тесноте людей, невежливо поталкивая их, и ставил богатые свечи пред иконами, наиболее чтимыми в городе Дрёмове. Мужчина могучий, с большою, колечками, бородой, сильно тронутой проседью, в плотной шапке черноватых, по-цыгански курчавых волос, носище крупный, из-под бугристых, густых бровей дерзко смотрят серые, с голубинкой, глаза, и было отмечено, что когда он опускал руки, широкие ладони его касались колен.
     Ко кресту он подошел в ряду именитых горожан; это особенно не понравилось им, и, когда обедня отошла, виднейшие люди Дремова остановились на паперти поделиться мыслями о чужом человеке. Одни говорили - прасол, другие - бурмистр, а городской староста Евсей Баймаков, миролюбивый человек плохого здоровья, но хорошего сердца, сказал, тихонько покашливая:
     - Уповательно - из дворовых людей, егерь или что другое по части барских забав.
     А суконщик Помялов, по прозвищу Вдовый Таракан, суетливый сластолюбец, любитель злых слое, человек рябой и безобразный, недоброжелательно выговорил:
     - Видали, - лапы-те у него каковы длинны? Вон как идет, будто это для него на всех колокольнях звонят.
     Широкоплечий носатый человек шагал вдоль улицы твердо, как по своей земле; одет в синюю поддевку добротного сукна, в хорошие юфтовые сапоги, руки сунул в карманы, локти плотно прижал к бокам.
     Поручив просвирне Ерданской узнать подробно, кто этот человек, горожане разошлись, под звон колоколов, к пирогам, приглашенные Помяловым на вечерний чай в малинник к нему.

Страницы: (210) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Due to the foreignness of the concepts and practices don Juan wanted me to understand and internalize, I have had no other choice but to render his teachings in the form of a narrative, a narrative of what happened, as it happened.
     The organization of don Juan's instruction was predicated on the idea that man has two types of awareness. He labeled them the right side and the left side. He described the first as the state of normal awareness necessary for everyday life. The second, he said, was the mysterious side of man, the state of awareness needed to function as sorcerer and seer. Don Juan divided his instruction, accordingly, into teachings for the right side and teachings for the left side.
     He conducted his teachings for the right side when I was in my state of normal awareness, and I have described those teachings in all my accounts. In my state of normal awareness don Juan told me that he was a sorcerer. He even introduced me to another sorcerer, don Genaro Flores, and because of the nature of our association, I logically concluded that they had taken me as their apprentice.
     That apprenticeship ended with an incomprehensible act that both don Juan and don Genaro led me to perform. They made me jump from the top of a flat mountain into an abyss.
     I have described in one of my accounts what took place on that mountaintop. The last drama of don Juan's teachings for the right side was played there by don Juan himself; don Genaro; two apprentices, Pablito and Nestor; and me. Pablito, Nestor, and I jumped from that mountaintop into an abyss.
     For years afterward I thought that just my total trust in don Juan and don Genaro had been sufficient to obliterate all my rational fears on facing actual annihilation...

Кастанеда Карлос (Castaneda Carlos)   
«Внутренний огонь»

Биография

Произведения

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Ваши заявки