И он искал слова и обороты, какие должны быть в его письме, в письме простом, великодушном, умном. Искал он такие слова, находил, отвергал, снова искал… А сердце нет нет да подмоет: "Неужели же она моей будет?..
Pilocereus fimbriatus из Сан Доминго, единственный экземпляр, прижившийся в Европе. Как видно, похититель был знаток. Вы не можете себе представить, как бушевал старый Голбен...
Но наше Министерство иностранных дел ему отказало. Этот мой маршрут не был принят Академией. Он стоил слишком дорого. Я примирился с отказ..
Смотрите также:
Горький Максим. Предисловие к Ренэ Шатобриана и Адольфу Б. Констана
Пьеса «На дне», как философская драма
Изабелла Михайловна Нефедова. Максим Горький
Д. В. Философов. Горький о религии
Вадим Баранов. Без права на трагедию
Мое отношение к творчеству А. М. Горького
Сила и слабость человека в понимании. М. Горького («Старуха Изергиль», «На дне»)
С. А. Адрианов. «На дне» Максима Горького. Критический набросок
Андрей Кунарев. Пути к истине. Христианские мотивы в повести М. Горького «Мать»
Вы читаете «Мещане», страница 1 (прочитано 0%)
«В. Г. Короленко», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Бессеменов, Василий Васильев, 58 лет, зажиточный мещанин, старшина
малярного цеха.
Акулина Ивановна, жена его, 52 года.
Петр, бывший студент, 26 лет; Татьяна, школьная учительница, 28 лет,
его дети.
Нил, воспитанник Бессеменова, машинист, 27 лет.
Перчихин, дальний родственник Бессеменова, торговец певчими птицами,
50 лет.
Поля, его дочь, швейка, работает в семьях поденно, 21 год.
Елена Николаевна Кривцова, вдова смотрителя тюрьмы, живет на квартире
у Бессеменовых, 24 года.
Тетерев, певчий; Шишкин, студент, нахлебники у Бессеменовых.
Цветаева, учительница, подруга Татьяны, 25 лет.
Степанида, кухарка.
Баба с улицы.
Мальчишка, маляр.
Доктор.
Место действия - маленький провинциальный город.
ОБСТАНОВКА
Комната в зажиточном мещанском доме. Ее правый угол отрезан двумя
глухими переборками; они выступают в комнату прямым углом и, стесняя задний
план ее, образуют на переднем еще маленькую комнату, отделенную от большой
деревянной аркой. В арке протянута проволока, на ней висит пестрый занавес.
В задней стене большой комнаты - дверь в сени и другую половину дома, где
помещается кухня и комнаты нахлебников. Слева от двери - огромный, тяжелый
шкаф для посуды, в углу сундук, справа - старинные часы в футляре. Большой,
как луна, маятник медленно качается за стеклом, и, когда в комнате тихо,
слышится его бездушное - да, так! да, так! В левой стене - две двери: одна
в комнату стариков, другая - к Петру. Между дверями печь, облицованная
белыми изразцами. У печи - старый диван, обитый клеенкой, пред ним -
большой стол, на котором обедают, пьют чай. Дешевые венские стулья с
тошнотворной правильностью стоят у стен. Слева же у самого края сцены -
стеклянная горка, в ней - разноцветные коробочки, пасхальные яйца, пара
бронзовых подсвечников, ложки чайные и столовые, несколько штук серебряных
стаканчиков, стопок. В комнате за аркой, у стены против зрителя - пианино,
этажерка с нотами, в углу кадка с филодендроном. В правой стене - два окна,
на подоконниках - цветы, у окон - кушетка, около нее - у передней стены -
маленький стол.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Вечер, около пяти часов. В окна смотрит осенний сумрак. В большой
комнате - почти темно. Татьяна, полулежа на кушетке, читает книгу, Поля у
стола - шьет.
Тем временем:
... У поля есть имя – «Свои хлеба» (имеется в виду хлеб печеный, то есть «хлебы»): в стародавние времена зерно отсюда шло исключительно на хлеб для фермерской семьи, хватало на год. А небо… глядя из сегодняшнего дня, можно было бы сказать – как в Калифорнии: царственно яркая августовская синева. По полю движутся еще четыре фигуры, не считая Льюиса на жатке. Мистер Ласкум: красное лицо, кривая усмешка, очки в стальной оправе, один глаз за ними закрыт бельмом; штопаная рубашка в тонкую серую полоску, без воротника, обшлага обтрепаны; вельветовые штаны на подтяжках подстрахованы еще и ремнем из толстой кожи. Билл, его младший сын: парню девятнадцать, он в кепке, массивный, на голову выше всех остальных на этом поле, мощные загорелые предплечья словно копченые окорока; этот великан медлителен и неловок во всем, что не касается работы… но поглядите: вот он берется за косу – какими крохотными оказываются тогда ее изогнутое косовище и длинное лезвие, какая быстрота, какой плавный взмах мощных рук, какой неостановимый ритм – поистине царственное владение мастерством. Старина Сэм: бриджи, подтяжки, ботинки с гетрами; лицо теперь не припомнить, зато хорошо помнится его хромота; рубашка на нем тоже без воротника, у соломенной шляпы тулья с одной стороны оторвана («чтоб в дырку сквознячком подувало, понял, нет?»), за черную ленту засунут букетик привядших фиалок – «радость сердца». И – наконец – мальчишка подросток, лет четырнадцати пятнадцати, в совершенно неподходящей одежде; всего лишь подсобная рабочая сила, урожай помогает собирать: бумажные штаны, светло зеленая сетчатая майка, старые спортивные туфли. Работают по двое, на противоположных сторонах поля, одна «команда» движется по ходу часовой стрелки, другая – против, ставят снопы в копны...
ресурс Максим Горький